Подано первое заявление с учетом введения уголовной ответственности за жестокое обращение с животными

Письмо-обращение подала начальнику Смолевичского РУВД председатель МОО защиты животных «Город» Светлана Андрухович. В документе содержится просьба оказать содействие и приостановить собирательство животных жительницей деревни Драчково А.В. Синявской. «Концлагерь для животных» Из сообщения на форуме международного общественного объединения защиты животных «Город»: «…В мисках – замороженная вода со свеклой и капустой, хлеб, макароны, все собаками не тронутое, эти помои они не едят, собаки голодные...
Письмо-обращение подала начальнику Смолевичского РУВД председатель МОО защиты животных «Город» Светлана Андрухович. В документе содержится просьба оказать содействие и приостановить собирательство животных жительницей деревни Драчково А.В. Синявской.

«Концлагерь для животных»

Из сообщения на форуме международного общественного объединения защиты животных «Город»: «…В мисках – замороженная вода со свеклой и капустой, хлеб, макароны, все собаками не тронутое, эти помои они не едят, собаки голодные… набросились на еду, которую привезла Настя… в доме грязно, как есть, так есть, и ничего не изменится, какие бы блага не были созданы для АВ…»

Концлагерь для животных – так назвали это место зоозащитники. Впервые эта история получила огласку полгода назад. АВ – это Анна Викторовна из деревни Драчково под Минском. В августе помочь пристроить ее животных она попросила волонтеров. Те приехали на место и были просто в ужасе: почти три десятка котов и собак в загаженном доме, грязные, больные, голодные. Выяснилось, что умерших питомцев женщина сжигала в печке. Впрочем, при обследовании дома труп щенка был найден в груде хлама.


– Когда увидела это, три дня была в шоке, полностью выбита из колеи, – рассказывает председатель МОО защиты животных «Город» Светлана Андрухович. – В доме и на улице была полнейшая антисанитария, все коты – худые, с признаками кожных заболеваний…

Чем больше зоозащитники общались с Анной Викторовной, тем в больший ужас приходили. Вот эта 5-летняя собака всю жизнь прожила… в шкафу. Появилась она у женщины щенком, и все годы провела в заточении в доме – ни разу не выходила на улицу.


Анна Викторовна объясняла все тем, что «спасает» животных с улицы. Но, по словам волонтеров, даже на улице этим животным было бы лучше. А некоторые своим поведением вообще напоминали домашних – появилось подозрение, что женщина затаскивает в свой дом всех животных без разбору.

– Мы начали спасать животных, – продолжает Светлана Андрухович. – Лечили, стерилизовали, пристраивали. Некоторых спасти не удалось – у меня на руках от глистной инвазии погибли четыре щенка, вывезенные оттуда. Они умирали один за другим с интервалом в несколько часов…

У Светланы дрожит голос… Она вспоминает, как приводили дом Анны Викторовны в порядок, покупали вещи, как пытались разговаривать с ней и объяснять, что не нужно брать больше животных, как всё это время раз в неделю ее навещали волонтеры, привозили еду и лекарства животным, пристраивали их… И, несмотря на все усилия, недавно история получила продолжение: Анна Викторовна снова насобирала котов и собак. И на этот раз организовала им «газовую камеру»: у нее начала дымить печь.

Из сообщения на форуме международного общественного объединения защиты животных «Город»: «В туманной черной завесе ничего не видно, дым глаза разъедает, горло першит, кашель… если бы мы не приехали и не увидели этот ужас, то жила бы она так всю зиму и травила животных… коты стали от сажи черного цвета, глаза у животных красные, у одной кошечки глаз сильно покраснел, увеличился в размерах и выкатился… копоть оседает в легких животных, начинается кашель, всех уже надо лечить или забирать их оттуда…»

Теперь «собирательницу» попробуют привлечь к ответственности. С учетом закона, вступающего в силу 28 января, – он дополняет Уголовный кодекс статьей, предусматривающей уголовную ответственность за жестокое обращение с животными. Сегодня председатель МОО защиты животных «Город» побывала на приеме у начальника Смолевичского РУВД, подала официальное письмо-обращение и описала ситуацию.

– В действиях Анны Викторовны, среди прочего, есть неоказание помощи животным, что может привести к их гибели, да и уже приводило, так что при разбирательстве можно руководствоваться новым законом, – говорит председатель МОО защиты животных «Город» Светлана Андрухович. – Документ приняли к сведению, сообщили, что будет создана комиссия из представителей санитарных, коммунальных служб и местного сельсовета, которая оценит ситуацию. В течение 10 дней заявителю будет дан официальный ответ. Зоозащитникам также пообещали дать время, необходимое для того, чтобы пристроить животных.

«УО за ЖО»

Вот она, долгожданная статья. Текст уже размещен на Национальном правовом интернет-портале: «Жестокое обращение с животным, повлекшее его гибель или увечье, совершенное из хулиганских, корыстных или иных низменных побуждений либо в присутствии заведомо малолетнего, – наказывается общественными работами, или штрафом, или исправительными работами на срок до одного года, или арестом. То же действие, совершенное повторно либо группой лиц, – наказывается арестом, или ограничением свободы на срок до одного года, или лишением свободы на тот же срок» (статья 339-1 УК РБ).

«УО за ЖО» – это «уголовная ответственность за жестокое обращение» с животными, такое сокращение используют зоозащитники на форумах и в переписках. Обсуждение сейчас идет бурное: введения уголовной ответственности добивались давно, но пятерка итоговых строчек новой статьи вызывает десятки вопросов. Например, соразмерность наказания преступлению. Максимум, что грозит живодеру, – ограничение или лишение свободы сроком на год, причем только в случае, если он оказался рецидивистом.

– Безусловно, нынешние поправки – это прогресс, но, с нашей точки зрения, прогресс половинчатый, – считает председатель ООЗЖ «Зоосвет» Маргарита Пушкевич. – Ограничение (лишение) свободы в зависимости от тяжести содеянного должно применяться сразу, как это делается в соседней Литве, а не при повторных случаях.

– То, что жестокое обращение с животными приравнено к преступлению, а не считается административным правонарушением, как раньше, это прорыв, огромный шаг в нашей стране, – отмечает юрист Юлия Малятина. – Но законодателем всё же установлен слишком широкий выбор различных видов наказания: на мой взгляд, общественные работы, исправительные работы и уж тем более штраф – наказание все-таки не за преступление, а всё за то же правонарушение, которое считается не опасным, не ужасным по своей сути действием человека.

– Появившаяся статья предусматривает слишком уж мягкое наказание за такого рода деяние, – считает юрист ООЗЖ «Эгида» Оксана Бодунова. – Однако, возможно, законодатель пошел на введение такой «мягкой» ответственности в качестве пробы, ведь всегда надо с чего-то начинать. И это для нашего общества большой шаг вперед на пути гуманного отношения к животным.

Статья об уголовной ответственности озадачила еще одним новшеством: введены дополнительные критерии, которых не было в существующей статье об административной ответственности. Напомним ее содержание: «Жестокое обращение с животными, повлекшее их гибель или увечье, а равно истязание животных – влекут наложение штрафа в размере от десяти до тридцати базовых величин или административный арест» (Статья 15.45 КоАП РБ).

В новой статье добавилось то, что эти действия должны быть совершены из хулиганских, корыстных, иных низменных побуждений: при их наличии и будет наступать уголовная ответственность. Вопрос в том, как доказать наличие таких побуждений.

– То есть должно быть: гибель или увечье плюс хулиганские побуждения или корыстные, или низменные, – говорит юрист Юлия Малятина. – Низменность побуждений достаточно сложно доказать, так как у нас законодателем нигде не закреплен перечень чистых, честных, правильных, высоких моральных качеств человека, его помыслов, поступков. Всё это на грани неких субъективных понятий и моральных ценностей общества, которые также не закреплены.

Моральные ценности и низменные побуждения у иных переплетаются самым извращенным образом. Из примеров последних дней: на минувшей неделе пропала собака с подворья монастыря под Минском. Думали, что молодой жизнерадостный пес Малыш просто где-то резвится. Слышали лай в лесу, но полагали, что это охотники со своими питомцами, пока не обратили внимание на странное поведение другой собаки – она как будто куда-то звала. Только благодаря ей нашли Малыша – он был привязан за шею стальной проволокой к дереву.

– Проволока, как удавка, впивалась в шею, чудом ее не перерезала, – рассказывает Иоанна. – Она была так перекручена, что сняли ее с большим трудом, сам пес не освободился бы. При этом всё было сделано так, что Малыш не мог даже присесть, почти двое суток провел стоя.


Причем пес находился рядом… с крещенской прорубью. Обитатели монастыря говорят, что Малыш очень переживает, когда люди находятся в воде, начинает лаять, рвется спасать. Вот, видимо, помешал на Крещение очищаться от грехов какому-то «высокодуховному» человеку – тот и приковал его так, что позавидовал бы опытный инквизитор. Низменные мотивы налицо, а травм у собаки нет, она не погибла – выходит, не за что привлекать ни по административной, ни по уголовной статье?

– Думаю, что в этой ситуации можно за истязание привлечь, – говорит юрист ООЗЖ «Эгида» Оксана Бодунова. – Если собака была даже непродолжительное время прикручена этой проволокой и лишена возможности осуществлять естественные движения.

Оксана в подтверждение своих слов приводит ссылку на словари – она проверяла там значение слова «истязать». По Ожегову, это синоним словосочетания «жестоко мучить». Дело в том, что формулировка «истязание животных», по которой можно привлекать к ответственности, есть в административной статье. Но толковать ее приходится самим юристам в каждом отдельном случае.

– Термин по отношению к животным не раскрыт на законодательном уровне, – поясняет Оксана. – Остаются пробелы и в виде невозможности наказать за жестокое обращение, если оно не повлекло увечье или гибель. Да и само понятие «жестокое обращение с животными» носит оценочный характер, что вызывает сложности с доказыванием фактов его наличия в той или иной ситуации.

Вот история кота Царя. Его, казалось бы, не мучали и не истязали, он жив и здоров. Но его – слепого и глухого – хозяйка выпускала погулять на улицу. Абсолютно беспомощное животное люди находили то рядом с трамвайными рельсами, то уже почти под колесами машин. Спасло кота только то, что владелица от него отказалась и животное переехало к волонтеру. А наказать бывшую хозяйку, как выясняется, вроде бы не за что…


«Что было, что есть, что будет…»

Время покажет, как говорится. И судебная практика покажет, каким будет эффект от новой статьи. Главное – пробовать, действовать, активнее подавать заявления по факту жестокого обращения. В этом сходятся все зоозащитники. Правда, по существующей статье об административной ответственности практика не радовала: случаи наказания можно пересчитать по пальцам. Пожалуй, самое громкое дело последних лет – случай добермана Эйса. 20-летний парень взял собаку из приюта и отрезал ей голову. Виновному присудили 15 суток административного ареста – максимально возможное на то время наказание.


Бывший председатель ООЗЖ «Эгида» Наталья Белянова – одна из тех, кто добился тогда осуждения убийцы. Заняло это 4 месяца.

– Я уверена, что первое время будет трудно добиваться применения уголовной статьи. Потому как еще практически невозможно добиться наказания по административной, – отмечает Наталья. – Например, из-за разных проволочек заявители и свидетели иногда просто махали на все это рукой. Но я с благодарностью принимаю нынешние изменения в законодательстве. Это прорыв к цивилизованному отношению к жизням живых существ. Сначала будет страх уголовного наказания, потом привыкнут не трогать животных, а потом и вообще забудут, что можно обидеть беззащитное существо.

Председатель ООЗЖ «Зоосвет» Маргарита Пушкевич полтора десятка лет занимается зоозащитной деятельностью и тоже говорит, что за это время нечасто удавалось наказывать людей за жестокое обращение с животными. Из заявлений, поступающих в общество, до суда доходит менее 1 %.

– Больше всего жалоб на жестокое обращение мы получаем на коммунальные службы, занимающиеся отловом животных. Есть нормативный акт, согласно которому работники данных служб должны нести ответственность за это, но на деле они практически всегда остаются безнаказанными. Разве что в 2011 году в Мозыре ловца ЖКХ за убийство собаки на глазах у хозяина уволили с работы. А в Минске был единственный случай, когда госслужащего привлекли к ответственности за жестокое обращение с животными, – в 2009-м за гибель кошек в замурованных подвалах директор ЖЭУ-82 подверглась административному аресту по суду.

Бесспорно, положительным моментом и зоозащитники, и юристы называют то, что сейчас вносят поправки и в Процессуально-исполнительный кодекс об административных правонарушениях. И составлять протоколы по фактам жестокого обращения с животными теперь будут представители МВД. Раньше таким правом были наделены только представители исполкомов и районных администраций.

– Борьба с живодерами, безусловно, облегчится, – говорит Маргарита Пушкевич. – Не надо будет вступать в бесполезное взаимодействие с местными администрациями, которые толком не знали, что и как делать по факту жестокого обращения с животными. В будущем, конечно, надо создавать спецотделы при милицейской службе, которые бы занимались этой работой, по типу других стран, скажем, той же Чехии.

– Получалось, что работник исполкома, который мог не иметь юридического образования и не имел представления о том, как проводить розыскные, следственные мероприятия, должен был это делать, – отмечает юрист Юлия Малятина. – Теперь же по факту жестокого обращения с животным будут разбираться специалисты, имеющие и образование, и опыт, и полномочия. А лица, которые причастны к жестокому обращению с животным, обязаны будут являться на допросы и давать показания.

– Так как многие моменты работы уголовной статьи неясны пока в практике, нужна серьезная поддержка власти в ее применении, – подчеркивает бывший председатель ООЗЖ «Эгида» Наталья Белянова. – То есть милиция, исполкомы, суды должны быть заинтересованы объективно разобраться в деле, помочь все верно оформить, подсказать, как не пропустить сроки, всячески содействовать.

Минус – пока непонятно, кто будет оценивать состояние травмированного животного. Судмедэкспертизы, как у людей, в данном случае нет.

– Вопрос определения увечья достаточно сложен, ведь необходимо будет получить заключение ветеринарного врача, – отмечает юрист Юлия Малятина. – Куда именно будут направлять животное органы внутренних дел для определения увечья, куда можно владельцу или свидетелю обращаться, чтобы получить заключение немедленно, сразу по факту, – пока это не разъяснено законодателем, и практики нет.

Да и еще множество моментов остаются нерешенными. Зоозащитники очень надеются, что следующим шагом, наконец, станет принятие полноценного законодательного акта, регулирующего все вопросы обращения с животными, разъясняющего всю юридическую терминологию.

– Поправки в Уголовный Кодекс – не панацея от жестокого обращения с животными, – говорит председатель ООЗЖ биологов «Абаронiм жыццё» Елена Титова. – Если не сокращать численность бездомных животных цивилизованными методами (в первую очередь, это госконтроль за разведением беспородных владельческих животных), жестокое обращение будет процветать, в основном, со стороны ловцов ЖКХ. Положительную роль в этом направлении смогли бы сыграть чипирование и сеть приютов для животных.

Зоозащитники неоднократно обращались к властям с просьбой передать под общественные или частные приюты заброшенные, неэксплуатируемые здания. Однако помощи так и не дождались. Поэтому вынуждены снимать помещения за свои средства и за свой же счет содержать там брошенных животных.

Что делать, если вы видите жестокое обращение с животным:
  1. Попытаться остановить преступника. Вызвать милицию.

  2. По возможности сфотографировать преступника и место (обязательно сделать не только крупные фотографии, но и обзорную, чтобы были видны здания или другие объекты – чтобы место было можно идентифицировать).

  3. Можно сделать аудиозапись (завести разговор с преступником).

  4. Если есть свидетели, то собрать о них сведения (Ф.И.О., место жительства), попросить остаться на месте преступления до приезда милиции. Обратить их внимание на дату, время, на самого злоумышленника (лицо, глаза, руки, действия, во что одет, что говорит) – чтобы на суде они точно помнили все детали.

  5. При необходимости экстренной помощи животному – отвезти его в ветклинику.

  6. Попробовать установить, кому животное принадлежит. Учтите, что и уголовное дело возбуждается, и административный процесс начинается, даже если нет заявления о преступлении от самого хозяина. Заявление о жестоком обращении может подать любой человек.
Правила чата
Пользователи онлайн
Онлайн чат
+Онлайн чат
0
На сайте: 49
Гостей сайта: 36
Пользователей: 13