Камчатская ездовая лайка

Камчатская ездовая лайка - порода универсальная. Ее можно приспособить для любых целей. Собаки этой породы легко переносят ограничения в пище, морозы, непогоду, многодневные маршруты, незаменимы в северных экспедициях. Красота, веселый нрав и поклади
Камчатская ездовая собака - порода уникальная: ее создала сама жизнь, без какого-либо вмешательства человека. История камчатской лайки насчитывает несколько тысячелетий. Археологи, работающие на полуострове, в раскопках древних поселений обнаружили амулеты с изображением собаки и костяные части нарт.

Суровая природа и полный лишений быт северян сотворили внешний облик собаки, ее характер и темперамент. Морозы и холодные ветра сделали собачью шерсть жесткой, плотной, но с мягким и густым подшерстком. Глубокие снега требовали крепкого, но легкого костяка, длинных ног, растянутого корпуса. Однообразная и часто не ежедневная пища позволяли оставаться в живых только самым неприхотливым животным, умеющим работать даже на самом скудном пайке. Далекие от сентиментальности камчадалы научили лайку уважать людей и беспрекословно подчиняться хозяину. А предок ездовых псов - волк - передал им свою незаурядную сообразительность. Так получилась собака, идеально приспособленная к камчатскому климату и требованиям людей. Она могла перевозить тяжелые грузы на большие расстояния, легко переносить непогоду и перебои в кормлении, подчинялась человеку, но в экстремальной ситуации принимала самостоятельные решения. Известно много случаев, когда упряжки камчатских ездовых лаек спасали жизнь своим хозяевам, находя в пурге дорогу к дому, раскапывали каюра, попавшего в лавину, заметив, что человек на крутом спуске упал с нарты, возвращались к нему.

По свидетельству кинологов прошлого века - князя А.Ширинского-Шихматова и М.Дмитриевой-Сулимы, в камчатских упряжках использовались в основном два типа собак - лайко и волкообразные. Последние были наиболее распространены и названы кинологами корякская собака. Эти псы довольно крупные, черные, темно- и светло-серые, со стоячими ушами, косопоставленными, часто желтыми глазами, отличались необыкновенной выносливостью и резвостью и считались лучшими упряжными собаками. Даже с Чукотки приезжали каюры, чтобы купить для своих упряжек камчатских собак, ставя их по рабочим качествам выше местных пород. И стоила ездовая лайка на Камчатке дорого: порой вожак был дороже дойной коровы.

В конце прошлого - начале нашего века камчатской ездовой лайкой заинтересовались американские старатели. В это время на Аляске и севере Канады необыкновенно популярны были российские собаки. Множество прекрасных ездовых собак покинуло тогда полуостров. Позже американские кинологи путем скрещивания камчатских, чукотских и колымских собак (также завезенных на Аляску в годы золотой лихорадки) и целеноправленной селекции получили знаменитую теперь сибирскую хаски, закрепив в названии породы ее происхождение. Кстати, голубые глаза сибирских хаски можно встретить сегодня и у аборигенных собак Камчатки. Но по стандарту для камчатских ездовых лаек светлый цвет глаз и разноглазие считается пороком (стандарт породы камчатская ездовая был утвержден Российской Федерацией служебного собаководства 26 февраля 1992 года).

Шестьдесят лет назад на Камчатке насчитывалось более 50 тысяч ездовых собак. Жители полуострова не мыслили свое существование без упряжек. Безотказно собаки доставляли в поселки и стойбища почту, продукты, пассажиров. Возили своих хозяев на рыбалку и охоту. Ни один национальный праздник не обходился без гонок на упряжках. Хорошие ездовые собаки означали достаток в доме и успех в делах. Но цивилизация активно, порой грубо, вторгалась в жизнь местных жителей. Неуместными и даже вредными объявлялись многие привычные в быту вещи, религиозные обряды, национальные традиции, а в 70-е годы ненужными были объявлены и собачьи упряжки. Для передвижения по Камчатке жителям предлагалось использовать вездеходы и снегоходы, самолеты и вертолеты. Ездовым собакам было предъявлено обвинение во вредительстве - и рыбы они едят слишком много, и лаем покоя людям не дают, и источником инфекции якобы являются. Собакам была объявлена настоящая война. Во многих поселках за предъявленную собачью шкуру охотникам платили от трех до пяти рублей. И охотники находились. Собачьих упряжек в селах становилось все меньше, зато все чаще на людях можно было увидеть шапки, шубы, унты из прекрасного меха камчатской ездовой. Только самые заботливые хозяева смогли сохранить в те годы своих собак.

В 1990 году на полуострове прошла первая большая камчатская гонка Берингея. На этой гонке кинологи Борис и Олег Широкие провели экспертизу и забили тревогу - слишком мало оказалось в упряжках чистокровных собак. Чаще встречались всевозможные помеси - с овчарками, терьерами, лайками. На гонках Берингея-91 и Берингея-92 кинологи отметили ухудшение породности ездовых лаек. Именно тогда они поняли, что сохранить камчатскую ездовую как породу можно, лишь создав питомник, куда будут собраны лучшие из уцелевших аборигенных собак полуострова. Воплотить в жизнь идею Широких удалось нашей семье. В 1992 году в селах Воямполка, Лесная, Палана, Карага мы купили и привезли в Петропавловск восемь прекрасных ездовых собак. При поддержке Анатолия Коваленкова, ныне президента ТОО "Кречет", мы организовали питомник, назвав его Ингляу, что в переводе с корякского означает "бледнолицый". Так звали нашего первого вожака - прекрасного белого пса, привезенного из Караги.

С тех пор прошло пять лет. Сейчас эти годы видятся нам как сплошная череда проблем и решений, ошибок и исправлений, отчаяния и надежд. Конечно, во многом нам помогало то, что живем мы на Камчатке, и нам не приходилось долго объяснять представителям фирм и организаций, что такое собачья упряжка. Даже губернатор Камчатки Владимир Афанасьевич Бирюков в юности ездил на собаках и хорошо понимает как важно сохранить на полуострове ездовое собаководство.

В настоящее время в питомнике Ингляу постоянно содержатся 20-25 лаек. При отборе собак уделяем внимание не только рабочим качествам, но и экстерьеру. Стандарт породы допускает всевозможные варианты окрасов от черного до белого, но мы выбрали наиболее древний - серебристо-серый цвет меха. Характер у камчатских лаек замечательный. Они веселы, игривы, необидчивы, очень доброжелательны к людям, а хозяина просто боготворят и полностью ему доверяют. Даже при лечебных болезнненых процедурах мы не одеваем на собаку намордник - в любом случае хозяин неприкосновенен. Это качество было закреплено десятки лет назад - местные жители просто убивали собаку, проявившую агрессию к каюру. Камчатские ездовые обожают работу в упряжке. Два дня без тренировок - и собаки начинают маяться. Внимательно наблюдают за хозяином, не к нарте ли он пошел. Прислушиваются, не звякнет ли карабин на упряжи. Если же их надежды оправдываются, какой визг и лай поднимается в питомнике: все кричат одно: "Я! Я! Я! Меня возьми!". И как же горестно воют после старта упряжки те, кого по каким-то причинам сегодня оставили дома.

В нашем питомнике культивируется совершенно определенный тип камчатской ездовой собаки, который, во-первых, больше всего подходит для участия в гонках, во-вторых, соответствует принятому в России стандарту. Но Камчатский полуостров большой - растянут с севера на юг на 1200 километров, и имеет несколько климатических зон. Поэтому упряжные собаки на севере и юге полуострова сильно отличаются друг от друга. Собак центральной и южной Камчатки мы разводим в своем питомнике, а вот в северных поселках очень распространена так называемая полярная собака, тоже камчатская ездовая, но не признанная официально. Описание собак этого типа можно найти почти во всех исторических очерках о Камчатке. Выше среднего роста, с растянутым корпусом и крепкими, мускулистыми лапами. Шерсть пышная и густая, отчего собаки кажутся еще крупнее, особенно длинная на шее, нижней части груди и на хвосте. Окрас в основном темный, белые собаки не встречаются. Голова мощная, но негрубая. Широко поставленные стоячие уши изнутри покрыты плотной шерстью. Этих собак на Севере называют ласково лохмашки "Вон мои лохмашки привязаны", - может сказать камчадал. А самое популярное имя для них - Калекли, то есть пушистый, мохнатый.

На Камчатке можно встретить и другие разновидности. Это собаки, у которых в недалеких предках был волк. Двух таких собак, годовалых однопометников черно-бурого Абрама и серую Сару, мы привезли в питомник из Усть-Хайрюзово в конце 1992 года. Волком был их дед по материнской линии. Надо сказать, что скрещивания с волками (не так активно, как раньше) и сегодня практикуются в народной селекции. Из первого помета оставляют, как правило, одного-двух самых спокойных и ласковых щенков. Зато второе поколение почти полностью начинает работать в упряжке. Абрам и Сара отличались от наших камчатских собак как внешне, так и по характеру. Они были крупнее (рост Абрама 67 см), но довольно легкие - вес кобеля никогда не превышал 25 кг. Их уши были значительно длиннее, чем у чистокровных ездовых. Желтого цвета глаза. К хозяевам относились уважительно, сдержанно ласкались. Зато все остальные люди для них просто не существовали: собаки глядели на постороннего, как сквозь стекло, не проявляя ни малейшего интереса, ни трусости, ни злобы. Они вообще вели себя спокойно. Предпочитали не встревать в собачьи перебранки, редко лаяли. Только наблюдали за происходящим внимательным, даже тяжелым взглядом. Сначала нам показалось, что собаки неконфликтны: они никогда не задирались, а в присутствии хозяев даже не отвечали на агрессивные выпады собратьев. И только, когда Абрам, сорвавшись в цепи, молниеносно зарезал двух кобелей, мы поняли, что с ними надо быть начеку. Перед стартом упряжки наши волкообразные особой радости не высказывали, но работали добросовестно, отличались огромной силой и выносливостью. Сара, к нашему удивлению, вдруг начала проявлять лидерские качества. И вопреки расхожему мнению, что собаки с большой примесью волчьей крови плохо поддаются дрессировке, стала вожаком упряжки. Сара вела нашу команду на гонках "Берингея-93", "Берингея-94", "Альпирод-95".

Итак, только Камчатка имеет три типа ездовых собак, а кроме нашего полуострова упряжных псов держат на Чукотке, Колыме, в Якутии, по всему побережью Ледовитого океана. В мире существуют еще гренландские и эскимосские собаки, аляскинские маламуты.

Ездовые собаки одного региона всегда имеют свои особенности. Это зависит не только от климата, но и от требований, которые к ним предъявляются местными жителями. Огромные, весом до 57 кг, маламуты предназначены для перевозки по льду и крепкому насту очень тяжелых грузов. Эскимосские и гренландские собаки тоже больше подходят для хозяйственных нужд и в отличие от большинства ездовых умеют прекрасно охранять дом своего хозяина. Камчатские аборигенные собаки по своему строению и характеру схожи с сибирскими хаски: они ведь родственные породы. Но отличия существуют. Камчатские ездовые несколько крупнее, более сильно выражен половой диформизм, у них нет характерной маски, но часто вокруг глаз очки - круги, более светлые или темные, чем остальной шерстный покров (это роднит их с маламутами).

В то же время, если абстрагироваться от экстерьерных нюансов, сходных черт у северных собак гораздо больше. Очень точно в свое время отметил известный американский полярный исследователь Роберт Пири, "В сущности есть только одна ездовая собака . Это верно прежде всего потому, что во всех северных регионах основным в собаке считается не внешний вид, а ее работоспособность. Неприхотливость, умение тащить нарту многие километры, азарт - все это объединяет настоящих упряжных собак. Очень жаль, что при культурном разведении (впрочем, что следует считать культурным? - Ред.) северных пород рабочим качествам почти не уделяется внимание. Здесь имеется в виду не обычное приучение к буксировке санок или лыжника, а выявление истинного характера собаки. Это можно проверить только в дальних переходах с ночевками на снегу под открытым небом, в многочасовой изнурительной работе. Сегодня некогда рабочая собака самоед уже не воспринимается как ездовая. На гонках его не встретишь, а если и встретишь запряженным в нарту, то только для катания туристов. В собаках, чьи предки поколениями лежали на диванах и гуляли по городским улицам, нелегко пробудить любовь к тяжелой упряжной работе. Та же тенденция к деградации рабочих качеств, на наш взгляд, наблюдается у сибирских хаски. Исключительно красивая внешность сослужила им плохую службу: хаски стали держать в квартирах, как декоративных собак. Стоит ли удивляться, что на серьезных гонках упряжки таких собак почти никогда не приближаются к десятке сильнейших. Есть люди, фанатично преданные этой породе, которые в течение 15-20 лет ведут в своих питомниках рабочие линии, стараясь сохранить в собаках не только красоту, но и трудолюбие, скоростные качества, выносливость. Такая тщательная селекция вознаграждается результатами, полученными на соревнованиях.

Камчатская ездовая лайка - порода универсальная. Ее можно приспособить для любых целей. Собаки этой породы легко переносят ограничения в пище, морозы, непогоду, многодневные маршруты, незаменимы в северных экспедициях. Красота, веселый нрав и покладистый характер позволяют содержать этих собак в семье. Но мы считаем, что камчатская ездовая прежде всего спортивная собака. Кроме азарта, в собаке есть тот необходимый спортсмену кураж, который позволяет ей бежать через "не могу , стремление во что бы то ни стало догнать бегущую впереди упряжку, обогнать и догонять следующую. На средних и длинных дистанциях при правильной подготовке упряжка камчатских ездовых вполне может поспорить в скорости с аляскинскими хаски. Этой замечательной отечественной породе просто не повезло - российские кинологи слишком долго о ней не вспоминали. Но мы верим в своих собак и надеемся, что они смогут вернуть себе былую славу и снова станут лучшими из всех северных ездовых пород.
Правила чата
Пользователи онлайн
Онлайн чат
+Онлайн чат
0
На сайте: 21
Гостей сайта: 18
Пользователей: 3